Размер:
AAA
Цвет: CCC
Изображения Вкл.Выкл.
Обычная версия сайта
450005, г. Уфа,
ул. Достоевского, 132, корпус 15
(347) 251-11-36
UFA.RCPBSPID@doctorrb.ru

Чем чревата клятва Гиппократа или Всегда ли правы пациенты?

Юрий АНОХИН, заслуженный врач РБ.

Разгар рабочего дня. Идет прием, И вдруг - пауза. Никто не входит в кабинет, но слышно, как в коридоре за дверью медсестра препирается с очередным пациентом. Обычная история - молодой человек пришел «за консультацией». Пришел пьяный, да еще и с открытой банкой пива в руке.

Сегодня это норма. Возможны варианты - усесться на приеме с включенным плеером, в наушниках и отвечать на вопросы врача после того, как врач повторит их 3-4 раза, при этом продолжать отбивать по полу ритм, звучащий в плеере. Можно просто чавкать жвачкой во время беседы с врачом. Далее - в зависимости от настроения: можно врача покрыть матом, если тебе не понравились результаты обследования. Можно просто разговаривать хамским тоном. Мало ли сегодня у молодых людей способов продемонстрировать свою «крутизну». Я как-то спросил одну такую девушку: «С мастером в парикмахерской тоже так будете разговаривать?». И получил неожиданный ответ: «Что я - дура?». Там это чревато. «А почему же с врачом так можно себя вести?» - «А вы давали клятву Гиппократа». Оказывается, эту клятву врачи дают, чтобы безропотно переносить хамство 18-летних. Они ведь - «будущее России».

Но это касается обычных пациентов. А есть еще категория уже состоявшихся людей, которым, по их убеждению, уже принадлежит Россия сегодняшняя. Эти церемонятся еще меньше. Ведь у них есть железные доводы: мы заплатили за анализ деньги; клиент всегда прав.

Молодой, хорошо одетый житель СНГ каждые три минуты отвечает на звонок по сотовому. (На дверях кабинета объявление с просьбой при входе отключать сотовые). Но это же явно «большой хозяин». Он хочет получить результаты анализа своего наемного рабочего - тоже не российского гражданина. Но пришел он без паспорта своего подчиненного, без его договора, который оформляется с каждым посетителем и на котором указывается номер сданного анализа. К тому же он оплатил лишь 1/3 стоимости этой услуги. Мы вынуждены отказать в выдаче анализа. Получив отказ, «хозяин» приходит в ярость. Ему посмели отказать! Объяснение причин его не интересует. Поэтому скомканная копия договора летит в лицо врачу вместе с матом и по-восточному увесистыми проклятиями и врачу, и, почему-то, его детям.

Наши «хозяева жизни» не отстают. На приеме - молодая модно одетая блондинка. Переношу в журнал приема ее паспортные данные. Она сидит рядом. Жара, окно открыто, очень шумно, под окном транспортная магистраль. Душно даже при постоянно работающем вентиляторе. Блондинке, видимо, становится скучно. Поэтому она включает сотовый и говорит: «Привет, дорогой» и начинает непринужденно болтать по телефону. В маленьком кабинете, под болтовню в полуметре от тебя оформлять меддокументы очень сложно. Поэтому, подождав пару минут, предлагаю блондинке или выключить сотовый, или выйти в коридор и договорить там. Реакция на просьбу - ноль. Даже не ноль. Врача вообще не существует. Еще через пару минут прошу медсестру пригласить меня, когда разговор закончится и выхожу на улицу - успокоиться и подышать. Успеваю и подышать, и поговорить со знакомой, ожидающей своей очереди. Минут через пять блондинка вылетает из нашего кабинета и требует продолжить прием. Спрашиваю, закончила ли она переговоры и, получив подтверждение, продолжаю ее оформление.

Но не тут-то было. Блондинка, подбоченившись, принимает боевую «стойку» и «оттягивается на полную». Основные фразы из ее монолога, произнесенного с повышенной громкостью, привожу дословно: «Вы тут привыкли дело только с проститутками иметь... Я вам не такая... Я из очень богатой семьи и за все вам заплатила. Вы еще меня не знаете. Считайте, что вы здесь больше не работаете. Я этого добьюсь». В пропусках - нецензурщина. Медсестра проводит пациентку в процедурный кабинет, но даже оттуда слышны проклятия и угрозы.

Дама сдержала слово. Через час по электронной почте на имя главного врача поступила жалоба с требованием наказать врача и возместить «моральный и матери­альный ущерб». К концу дня такая же жалоба поступила в Минздрав. Девушка даже не стала особо напрягаться - просто перевернула ситуацию. То есть кричала не она, а я, в коридоре пережидала конфликт тоже она, а не я. В общем -бедная девушка, натерпевшаяся от хама-врача. Да вдобавок - материально пострадавшая - «заплатила за анализы значительную сумму». Жалобы были проверены специально созданной комиссией. Хорошо еще, что все происходило в присутствии многочисленных свидетелей.

Еще пример - вообще случай из театра абсурда. Идет прием по договору бригады эмигрантов из Узбекистана. Их 15 человек. Процедура очень проста. Сначала фиксируются паспортные данные всех членов бригады, присваивается номер каждому анализу, который они сдают. Затем я приглашаю их по одному по порядку, совпадающему с номерами при­своенных анализов. Включиться в эту цепочку нельзя, пока мы не возьмем кровь у последнего. Собьется нумерация - перепутаются пробирки с кровью - пропадет вся работа за день.

Где-то после 6-го узбека в кабинет врывается пожилой гражданин и требует остановить дальнейший прием эмигрантов и вне очереди принять женщину с ребенком. Пытаюсь объяснить, что мы не можем прерваться, и прошу подождать минут 20. Мужчина не желает слушать никакие объ­яснения. Начинается крик: «Принимаете кого попало, а я - гражданин России». Завершается вспышка патриотизма неожиданно: «Дать бы тебе по голове» - и мужчина лезет в драку. Вмешивается очередь, его с трудом утихомиривают. Минут через 20 принимаем его «женщину с ребенком». Оказывается - это его невестка с пятилетней внучкой. И они тоже - эмигранты из Узбекистана.

Можно привести еще десяток примеров. Что произошло с людьми? За 33 года работы с душевнобольными я четыре раза попадал в ситуации, когда рисковал здоровьем, а может быть, и жизнью, там это входило в издержки профессии. Но ни разу я не сталкивался со случаями такого откровенного хамского отношения к врачу, которые позволяют себе «нормальные» люди, особенно в последний год.

Говорил на эту тему с людьми, чье мнение для меня значимо. Все они - врачи, педагоги, журналисты - объясняют это низким уровнем воспитания, «безкультурьем». Но мне кажется, что это не так. Это не «безкультурье». Это -культура. В обществе, которое мы построили, только такая культура и могла сформироваться. И она вполне соответствует требованиям сегодняшнего дня.

Какие критерии характерны для человека «культурного». Три поколения с университетским образованием? Знание классики? Умение вести себя в обществе? Это все в прошлом. Сейчас другие приоритеты, среди них - умение пользоваться компьютером и подключаться к Интернету.

В психиатрии есть понятие: «примитивная личность». Среди массы проходящих через нас людей очень многие укладываются в рамки этого понятия. Большинство из них владеют компьютером и пользуются Интернетом. Значит -это «культурные» люди?

"Молодежная газета"